Между НАТО и Россией: Джихан Гюньэль о новой архитектуре безопасности Европы

     RT: Как вы оцениваете позицию Турции в российско-украинском конфликте? Можно ли назвать её сбалансированной?

     - Прежде всего, позицию Турции следует рассматривать с учётом её членства в НАТО. После начала военной операции России на Украине ситуация фактически переросла в войну между двумя государствами. НАТО встало на сторону Украины и ввело против России масштабные дипломатические, экономические и технологические санкции. Страны-члены альянса, прежде всего США, оказали и продолжают оказывать Украине финансовую и военную поддержку. Де-факто ситуация приняла форму конфронтации между НАТО и Россией.

На этом фоне Турция заняла иную позицию по сравнению с большинством союзников по альянсу и европейских держав. Она не присоединилась в полном объёме к санкциям, продолжила закупки энергоресурсов, соблюдала положения Конвенции Монтрё и не разрывала дипломатических отношений с Россией. Контакты между президентами Путиным и Эрдоганом сохранялись. В то же время Турция не изменила своей позиции по Крыму, считая его территорией Украины, и продолжила военно-экономическое сотрудничество с Киевом.

Если рассматривать ситуацию с точки зрения страны — члена НАТО, можно сказать, что Турция демонстрирует стремление к более автономной и независимой внешней политике. В отличие от многих стран НАТО и ЕС, Анкара не определила Россию как врага или прямую угрозу, рассматривая конфликт как противостояние двух соседних государств в Черноморском регионе и выступая за его дипломатическое и мирное урегулирование. В целом Турция старается занимать более взвешенную и сбалансированную позицию.

     RT: Насколько эффективной, по вашему мнению, была посредническая роль Турции в заключении соглашения по зерновому коридору? Возможны ли подобные инициативы в будущем?

     - Ещё до заключения зернового соглашения, 29 марта 2022 года, Турция организовала в Стамбуле переговоры между российской и украинской делегациями. Позднее президент России Владимир Путин заявлял, что стороны тогда достигли определённых договорённостей о мире, однако, по его словам, премьер-министр Великобритании Борис Джонсон убедил президента Украины Владимира Зеленского отказаться от этих договорённостей. Фактически конфликт мог быть урегулирован ещё на раннем этапе, до гибели тысяч людей.

Вероятно, именно первая посредническая миссия Турции создала атмосферу доверия, что впоследствии позволило заключить соглашение по зерновому коридору. Однако, несмотря на формальные обязательства, западные страны не обеспечили нормальное функционирование механизмов страхования и фрахта российских судов, что в итоге привело к срыву соглашения. Турция может выполнять роль посредника, но ключевой вопрос заключается в готовности западных государств соблюдать договорённости и нормы международной торговли.

     RT: Несёт ли для Турции риски её политика диалога одновременно с Россией и Украиной?

     - Безусловно, определённые риски существуют. Продолжение отношений с Россией как с суверенным государством вызывает недовольство западных союзников, которые могут усиливать давление на Анкару с целью её более жёсткого следования санкционному курсу. Однако для Запада потеря такого союзника, как Турция, обладающего значительным военным потенциалом, также стала бы серьёзной проблемой. Военная сдерживающая роль Турции и её геостратегическое значение для безопасности Европы не позволяют довести это противостояние до крайних форм. За годы конфликта Турция, напротив, зарекомендовала себя как надёжный и авторитетный дипломатический актор.

     RT: Как западные страны реагируют на нейтральную позицию Турции и как это влияет на её внешнюю политику?

     - Европейские государства осознали дефицит собственных военных и сдерживающих возможностей. Заявления и политика президента США Дональда Трампа, его диалог с Владимиром Путиным и формирование мирной повестки без участия Европы стали для европейцев тревожным сигналом. Фактически США продемонстрировали нежелание оставаться главным гарантом безопасности Европы, что вынудило европейские страны переосмыслить роль Турции в системе европейской безопасности. В этих условиях они не могут позволить себе ухудшение отношений с Анкарой, учитывая её военный потенциал.

     RT: Существует ли потенциал для более активной роли Турции в будущих мирных переговорах?

     - Личные контакты президента Эрдогана с Владимиром Путиным и Дональдом Трампом, а также уже состоявшиеся в Стамбуле четыре раунда переговоров между российской и украинской делегациями существенно повышают вероятность того, что Турция вновь станет площадкой для мирных инициатив. В случае формирования полноценного переговорного формата Стамбул вполне может рассматриваться как одно из ключевых мест проведения переговоров.

     RT: Ограничивает ли экономическое сотрудничество с Россией дипломатические возможности Турции?

     - Во многом решающим фактором здесь остаётся позиция США, в том числе политика Дональда Трампа в сфере глобальной торговли и энергетики. Существенное влияние оказывают и последствия закупки Турцией российских зенитных комплексов С-400, что привело к санкциям по линии CAATSA и исключению Турции из программы F-35, негативно отразившись на её военном потенциале и отношениях с Вашингтоном.

     RT: Каково место Турции в региональной системе безопасности на фоне продолжающегося конфликта?

     - Турция располагает второй по численности сухопутной армией в НАТО и обладает уникальным боевым опытом, накопленным за десятилетия борьбы с терроризмом. Развитие национального оборонно-промышленного комплекса позволило ей значительно повысить уровень военной автономности. Адаптируя свою военную доктрину к современным асимметричным угрозам и учитывая своё геостратегическое положение, Турция сегодня является одним из ключевых элементов европейской архитектуры безопасности и рассматривается как незаменимый союзник как в НАТО, так и в отношениях с ЕС.

     RT: Можно ли говорить о том, что Турция выполняет новую дипломатическую роль «моста» между Востоком и Западом?

     - Да, в определённой степени. Будучи членом НАТО и одновременно поддерживая равноправные отношения с Россией как с соседним и суверенным государством, Турция стремится проводить более самостоятельную внешнюю политику. Организация переговоров между российской и украинской сторонами в Стамбуле, обмен военнопленными и реализация зерновой сделки подтверждают её способность выступать в роли дипломатического посредника. Всё это позволяет говорить о формировании за Турцией роли своеобразного моста между Востоком и Западом.