Региональная нестабильность усиливает заинтересованность в дополнительных партнёрах по безопасности. Турция может использовать этот спрос для расширения своего присутствия. При этом американские гарантии сохраняют значение: 29 сентября 2025 года США закрепили обязательство поддерживать безопасность Катара, предусмотрев дипломатические, экономические и при необходимости военные меры в случае внешнего нападения. [25]

Турецкая оборонная и авиационная промышленность подошла к соглашению с экспортом 10,054 млрд долларов за 2025 год, включая оборонные услуги. По отчёту SSB (Savunma Sanayii Başkanlığı — Управление оборонной промышленности Турции), отрасль насчитывала более 3 500 компаний, почти 100 тысяч непосредственно занятых и оборот свыше 20 млрд долларов. [9]

Среди партнёров Турции — крупные покупатели вооружений. В 2021–2025 годах Катар занимал четвёртое место в мире по импорту основных вооружений, Пакистан — пятое. На них приходилось 6,4% и 4,2% мирового объёма соответственно. Индонезия с долей 1,5% была крупнейшим получателем в Юго-Восточной Азии. Это данные SIPRI (Стокгольмский международный институт исследования проблем мира). [8]

Между периодами 2016–2020 и 2021–2025 годов импорт Пакистана вырос на 66%, Катара — на 106%. Китай обеспечивал 80% пакистанских поставок, США — 48% катарских. Турции предстоит расширять своё присутствие на рынках с устойчивыми связями между заказчиками и производителями. В Пакистане особенно сильны позиции Китая. [8]

Экономический масштаб

По Всемирному банку, в 2025 году население Турции составляло 85,9 млн человек, номинальный ВВП (валовой внутренний продукт) — около 1,6 трлн долларов, ВВП на человека — 18 599 долларов. Реальная экономика выросла на 3,6%. Индонезия была сопоставима с Турцией по размеру ВВП — около 1,45 трлн долларов; при населении 285,7 млн человек показатель на душу составлял 5 060 долларов, рост — 5,1%. [3, 4]

Пакистан с населением 255,2 млн человек имел ВВП 407,3 млрд долларов, или 1 596 долларов на человека; рост составил 3,7%. В Катаре проживало около 3 млн человек, ВВП достигал 215,6 млрд долларов, показатель на человека — 72 525 долларов, рост — 2,9%. [5, 6]

Военные расходы Турции в 2025 году составляли 30 млрд долларов, Индонезии — 15 млрд, Пакистана — 11,9 млрд. В эти суммы входят закупки, содержание вооружённых сил и другие расходы. [7]

Индонезия: заказы на технику и оснащение производства

На индонезийском направлении Турция имеет самый большой торговый дефицит среди трёх партнёров. В 2025 году её товарный экспорт составлял примерно 481 млн долларов, импорт — 2,1 млрд, отрицательное сальдо — около 1,62 млрд. В 2024 году экспорт составлял 386 млн долларов, импорт — 2,435 млрд. [10]

Машины и электротехническое оборудование обеспечили около 149 млн долларов турецких поставок за 2025 год: 81 млн механического оборудования и 68 млн электрического. Ещё около 40 млн пришлось на группу оптических, измерительных и медицинских приборов. [10]

TUSAŞ (Türk Havacılık ve Uzay Sanayii — Турецкая авиационно-космическая промышленность) сообщила о подписании окончательного контракта на поставку Индонезии 48 истребителей KAAN. Подписание состоялось на выставке IDEF (International Defence Industry Fair — Международная выставка оборонной промышленности) 2025. Компания указала развитие местного производства и обучение. [13]

Другой пример — бронетехника Harimau. FNSS (полное современное название компании — FNSS Savunma Sistemleri) сообщала о завершении поставок танков в 2024 году по программе с индонезийской Pindad. Сотрудничество охватывает местное производство и передачу технологий. Обе программы возникли до Bedir. [14]

Продолжением такой модели могли бы стать заказы на оснащение сборочных линий и испытания, затем — компоненты, запасные части и модернизацию. Для турецких предприятий это перспектива многолетних поставок. Локальная сборка позволяет заказчику развивать собственную промышленность, а турецкому производителю — закрепиться на рынке через поставки систем, обучение и обслуживание. Распределение этих работ определит доходы каждой стороны.

Встречная торговля даёт Турции материалы для переработки. В 2025 году импорт железа и стали из Индонезии составлял около 389 млн долларов, алюминия и изделий — 110 млн, синтетических и искусственных штапельных волокон — 269 млн, каучука и резиновых изделий — 65 млн. Электротехническая продукция обеспечивала ещё 162 млн долларов импорта. [10]

Более дальняя перспектива связана с никелем. По данным МЭА (Международное энергетическое агентство), Индонезия обеспечивала в 2024 году 63% мировой добычи никеля и более 40% переработки. Около 75% её перерабатывающих мощностей связано с инвестициями китайских компаний. [15]

Для турецкой металлургии и аккумуляторных производств можно изучать долгосрочные закупки подходящих никелевых продуктов или участие в переработке. Доступ к этим проектам будет зависеть от договорённостей с предприятиями, где уже широко представлен китайский капитал. Вид материала, технология и доступные объёмы определяют пригодность поставки.

Торговый режим остаётся отдельным предметом переговоров. В обзоре Минторга Турции за апрель 2026 года описана подготовка ограниченного преференциального соглашения как этапа к более широкому экономическому партнёрству. [16]

Пакистан: двусторонние производственные связи

В торговле с Пакистаном Турция имеет профицит. В 2025 году её экспорт составлял около 866 млн долларов, импорт — 369 млн; в 2024 году — 918 млн и 440 млн соответственно. Положительное сальдо за 2025 год достигало примерно 0,5 млрд долларов. [11]

Крупнейшей из приведённых товарных групп были корабли и плавучие средства — около 303 млн долларов турецкого экспорта. Машины и электротехника обеспечили суммарно 127 млн: механическое оборудование — 95 млн, электрическое — 32 млн. [11]

Распределение производства уже применяется в судостроении. Программа MILGEM (Millî Gemi — «Национальный корабль») предусматривает четыре корвета для Пакистана: два строятся в Стамбуле, два — в Карачи. Программа описана в отчёте Минобороны Турции за 2025 год. [17]

Для будущих проектов такая схема позволяет обсуждать, какие работы выполняются в Пакистане, а какие системы и инженерные услуги поставляются из Турции. Продажи третьим странам потребуют договорённостей о правах на изделие, реэкспорте и обслуживании.

В текстиле отношения особенно тесно сочетают поставки и конкуренцию. В 2025 году турецкий экспорт хлопка, пряжи и тканей составлял около 150 млн долларов, встречные поставки той же группы — 68 млн. Пакистан также поставил трикотажной одежды на 47 млн долларов. [11]

Закупка пакистанской ткани способна снизить затраты турецкого изготовителя одежды, одновременно усиливая конкуренцию для производителя аналогичной ткани в Турции. Эффект следует оценивать по конкретным изделиям: какие закупки они заменяют и какие экспортные заказы позволяют выполнить.

Оборудование для текстильных предприятий — самостоятельное направление турецкого экспорта. Установленные машины создают спрос на ремонт, запчасти и обновление. Для поставщика это означает расходы на местный сервис и возможность последующих заказов.

В импорте из Пакистана присутствует и продукция за пределами текстиля: железо и сталь — около 49 млн долларов, порох и взрывчатые вещества — 15 млн, авиационная продукция — 12 млн. Для привязки этих товарных групп к определённым программам нужна детализация поставок. [11]

Финансирование заслуживает особого внимания. В заявлении миссии МВФ (Международный валютный фонд) от 7 октября 2026 года отмечена необходимость снижать риски рефинансирования и обслуживания долга, продолжать накопление резервов. [18]

Для турецкого экспортёра длительная отсрочка платежа связывает оборотные средства. Аванс, банковская гарантия и источник кредита должны обсуждаться вместе с производственным графиком.

Соглашение о торговле товарами действует с 1 мая 2023 года. В феврале 2025 года Минторг сообщал о договорённостях по расширению его охвата, сотрудничеству экспортно-импортных банков и цифровой проверке происхождения товаров. [19, 20]

Катар: алюминий, химия и инвестиции

В 2025 году Турция экспортировала в Катар товаров на 580,4 млн долларов и импортировала на 682,4 млн. Годом ранее эти суммы составляли 714,1 млн и 386,1 млн. Сальдо сменилось дефицитом примерно 102 млн долларов. [12]

В импорте выделяется необработанный алюминий — 368,3 млн долларов. Продукция прямого восстановления железа составляла 76,1 млн. Химические поставки достигали примерно 174,5 млн долларов: полимеры этилена — 95,6 млн, аммиак — 44,1 млн, азотные удобрения — 34,8 млн. Нефтепродукты обеспечили ещё 51 млн долларов. [12]

Со стороны Турции заметна электротехника. Трансформаторы, преобразователи, индуктивные катушки, устройства управления и распределения в сумме обеспечили около 60,3 млн долларов экспорта. [12]

Эти потоки дают основание изучать проекты турецкой переработки катарских материалов и поставок оборудования в Катар. Для металлургии существенны спецификации сырья; для энергетических контрактов — цена, формула пересмотра и доставка.

Катарское участие в турецком производстве имеет конкретный прецедент. QNA (Qatar News Agency — Катарское информационное агентство) при открытии предприятия BMC в Анкаре в октябре 2025 года указывало партнёрство с долей 49,9%, представленное Barzan Holdings. Полное название производителя — BMC Otomotiv Sanayi ve Ticaret. [21]

При обсуждении новых инвестиций важно установить получателя денег. Покупка существующей доли приносит средства её продавцу. Увеличение капитала направляет деньги предприятию, строительство завода — в новые мощности. Кредит создаёт обязательства по возврату, аванс финансирует выполнение конкретного заказа.

Собственные производственные интересы Катара видны в меморандуме STM (Savunma Teknolojileri Mühendislik ve Ticaret — «Оборонные технологии, инжиниринг и торговля») с Barzan по беспилотным системам. Он был объявлен на DIMDEX (Doha International Maritime Defence Exhibition and Conference — Международная военно-морская выставка и конференция в Дохе) 2026. [22]

Локализация в Катаре может сопровождаться турецкими поставками компонентов и инженерными работами. Объём этих заказов и права на последующие модификации нужно закреплять в проекте. На катарском направлении относительная географическая близость даёт Турции возможность быстрее направлять специалистов и поддерживать регулярные контакты с заказчиком. Стоимость доставки и сроки снабжения будут зависеть от маршрутов и условий конкретного контракта.

Катарское финансирование совместной разработки с Турцией и производства в Пакистане или Индонезии остаётся возможной коммерческой конструкцией. Оценивать её следует после появления участников, бюджета и источника возврата вложений.

Гражданская торговля имеет собственную правовую основу. TEPA (Trade and Economic Partnership Agreement — Соглашение о торгово-экономическом партнёрстве) действует с 1 августа 2025 года. Оно охватывает товары, услуги, правила происхождения, электронную торговлю и содействие инвестициям. Льготы для конкретного товара определяются приложениями. [23]

Распределение доходов и рисков

Спрос заказчиков на собственное производство делает дальнейшую локализацию вероятной. Уже действующие программы в Индонезии и Пакистане показывают, как может распределяться работа. Выгодный для Турции баланс — сохранение у себя разработки, ключевых технологий и производства сложных систем с передачей партнёрам части сборки и изготовления компонентов. Его придётся согласовывать для каждого проекта: покупатели будут стремиться расширять собственные компетенции.

Экспортный заказ может потребовать новых мощностей, специалистов и запасов до поступления оплаты. Задержка критического компонента влияет на весь график; отсрочка платежа увеличивает расходы на финансирование. Эти затраты должны учитываться при оценке контракта.

Передача технологий расширяет возможности партнёра и способна усилить будущего конкурента. Права на разработки, модификации и последующие продажи имеют прямое коммерческое значение. Иностранные компоненты могут дополнительно требовать экспортных разрешений.

Оборонное сотрудничество может облегчить выход гражданских предприятий на рынки партнёров. Выполненный заказ даёт опыт совместной работы, контакты с местными компаниями и репутацию поставщика. На этой основе можно предлагать промышленное оборудование, электротехнику, материалы и инженерные услуги. Переход к гражданским заказам будет зависеть от цены, качества и условий финансирования; в ряде отраслей турецким компаниям предстоит конкурировать с китайскими поставщиками.

Первые проверяемые результаты Bedir — названные проекты, контракты и авансы. Затем можно оценивать запуск мощностей, поставки и оплату. Повторные заказы и сервис покажут продолжительность доходов; сведения о субподряде и найме — участие турецких предприятий и специалистов.

Вклад в занятость оценивается по новым позициям и срокам их загрузки, вклад в ВВП — по внутренней добавленной стоимости. Для расчёта общего денежного эффекта соглашения потребуются данные отдельных проектов.

Стратегический выигрыш для Анкары может накапливаться по мере того, как партнёры включают турецкие предприятия в свои долгосрочные производственные планы. Индонезия открывает возможности для расширения экспорта и участия в местной промышленности; Пакистан — для совместного производства и обслуживания; Катар — для привлечения капитала и развития связей между поставщиками материалов и переработчиками. Устойчивость этих отношений даст Турции экономическую опору для политического влияния. Её прочность будут определять выполненные обязательства и выгода, которую получает каждый участник.

Примечания и источники

Статистика проверена при подготовке исходного материала 2 ноября 2026 года. Товарная торговля приведена за 2025 год в сравнении с 2024-м; данные SIPRI по вооружениям — за 2021–2025 годы, никелевые показатели — за 2024 год.

Доли импорта вооружений рассчитаны SIPRI по TIV (trend-indicator value — индикатор объёма трансфертов вооружений). Стоимостные показатели торговли выражены в текущих долларах. Группы химических и электротехнических товаров суммированы по указанным позициям; значения округлены.

Источники товарной статистики — страновые профили Минторга Турции со ссылками на Trade Map. Между турецкими и зеркальными данными партнёров возможны расхождения. Отраслевой экспорт SSB включает авиационную деятельность и оборонные услуги. Предположения о новых проектах изложены как возможные направления сотрудничества.

Источники

[1] Минобороны Турции. «Türkiye, Katar, Pakistan ve Endonezya Arasında Bedir Mutabakat Zaptı İmzalandı», 21.10.2026. Дата, место и участники. Открыть.

[2] Anadolu Ajansı. Сообщение о Bedir с изложением заявлений MSB (Millî Savunma Bakanlığı — Министерство национальной обороны Турции) и SSB, 21.10.2026. Опубликованные направления сотрудничества. Открыть.

[3] Всемирный банк. Турция. Население, номинальный ВВП, ВВП на человека и рост за 2025 год. Открыть.

[4] Всемирный банк. Индонезия. Те же показатели. Открыть.

[5] Всемирный банк. Пакистан. Те же показатели. Открыть.

[6] Всемирный банк. Катар. Те же показатели; население включает резидентов. Открыть.

[7] SIPRI. World Military Expenditure 2025. Военные расходы стран в текущих долларах. Открыть документ.

[8] SIPRI. Trends in International Arms Transfers, 2025, март 2026. Доли, позиции импортёров, поставщики, методика TIV. Открыть.

[9] SSB. 2025 Yılı Faaliyet Raporu. Экспорт, компании, занятость и оборот отрасли. Открыть документ

[10] Минторг Турции. Endonezya Ülke Profili 2026, с. 12–14. Двусторонняя торговля и широкие товарные группы. Открыть документ.

[11] Минторг Турции. Pakistan Ülke Profili 2026, с. 11–13. Торговля и товарные группы. Открыть документ

[12] Минторг Турции. Katar Ülke Profili 2026, с. 12, приложения 5–6 на с. 17–18. Товарная торговля и отдельные позиции. Открыть документ.

[13] TUSAŞ. «Turkish Aerospace and Indonesia Sign Official Contract for the Sale of 48 KAAN Turkish Fighter in Istanbul». Подтверждение компанией контракта и заявленных производственных условий. Открыть.

[14] FNSS. Программа Kaplan/Harimau: бронетранспортёр и поставки танков. Сведения о предшествующем сотрудничестве с Pindad и поставках танков в 2024 году. Открыть.

[15] Международное энергетическое агентство. ASEAN (Ассоциация государств Юго-Восточной Азии) Energy Security Review, раздел Critical minerals security review, 2026. Никелевая цепочка Индонезии и структура инвестиций. Открыть.

[16] Минторг Турции. Endonezya Pazar Bilgileri, апрель 2026. Статус переговоров о торговом соглашении. Открыть документ.

[17] Минобороны Турции. Отчёт о деятельности за 2025 год. Раздел по программе Pakistan MILGEM. Открыть документ.

[18] МВФ. Заявление сотрудников по Пакистану от 07.10.2026: финансирование и резервы. Открыть

[19] Минторг Турции. Преференциальные торговые соглашения. Вступление соглашения с Пакистаном в силу 01.05.2023. Открыть.

[20] Минторг Турции. Договорённости о развитии торговли с Пакистаном, 14.02.2025. Открыть.

[21] QNA. Сводка сообщений за 28.10.2025, опубликована 29.10.2025: BMC и катарское участие 49,9%. Открыть.

[22] STM. Меморандум с Barzan по беспилотным системам, DIMDEX 2026. Открыть

[23] Минторг Турции. Qatar — TEPA. Дата вступления в силу и охват торгово-экономического соглашения. Открыть.

[24] Расшифровки названий компаний и выставок: TUSAŞ; FNSS; STM; BMC; IDEF; DIMDEX.

[25] США. Указ президента № 14353 «Об обеспечении безопасности Государства Катар», 29.09.2025. Гарантии безопасности и меры реагирования на внешнее нападение. Открыть.